Российские компании впервые с начала боевых действий против Украины сократили инвестиции, хотя ранее наращивали их беспрецедентными для отечественной экономики темпами. Это может иметь долгосрочные последствия для роста и модернизации страны.
Как изменились инвестиции компаний
По итогам 2025 года объем инвестиций в основной капитал в России (вложения в здания, оборудование и инфраструктуру) сократился на 2,3%. Еще осенью власти ожидали роста примерно на 1,7%, но теперь официальные прогнозы стали более мрачными: согласно обновленным оценкам министерства экономического блока, в 2026 году ожидается новое падение инвестиций — еще примерно на 0,5% к предыдущему году.
Бизнес называет риски еще более глубокого спада. Представители крупного предпринимательского объединения допускают сокращение инвестиций до 1,5% и требуют от правительства и Центробанка мер, которые должны предотвратить дальнейшее сворачивание проектов.
Предыдущие несколько лет инвестиции, напротив, стремительно росли. В 2024 году прирост составил 8,4% в годовом выражении, в 2023‑м — 9,8%, в 2022‑м — 6,7%. В среднем за три года темпы роста превышали 8% в год — результат, нетипичный для российской экономики последних десятилетий.
Для сравнения: в течение десяти лет до начала войны среднегодовой прирост инвестиций в основной капитал был менее 2%. На этот период пришлись несколько кризисов, когда вложения периодически даже сокращались. Если же смотреть на более длинный горизонт — около 20 лет, средний рост оценивается примерно в 5% в год.
На что шли вложения и почему поток инвестиций иссякает
В первые годы войны значительная часть инвестиций была связана с адаптацией к масштабным санкциям. Бизнесу приходилось срочно менять оборудование и программное обеспечение, искать новые каналы поставок и выстраивать логистику. После разрыва прежних связей основным торговым партнером стала Китайская Народная Республика, к чему инфраструктура оказалась не готова, и это потребовало крупных затрат. Дополнительный импульс инвестициям дал военно‑промышленный комплекс, расширявший мощности под госзаказы.
Чиновники признавали, что большая часть вложений носила вынужденный характер: инвестиции были необходимы для поддержания текущей деятельности в новых условиях, а не для полноценного расширения бизнеса. По оценкам, около 70% таких расходов приходились именно на вынужденную модернизацию, и лишь около 30% — на увеличение объемов выпуска.
Экспертные центры, занимающиеся макроэкономическим анализом, отмечали, что почти весь рост инвестиций в эти годы обеспечивался за счет собственных средств компаний и финансирования из бюджета. К 2025 году оба этих источника стали выдыхааться.
Компании начали сокращать капитальные вложения на фоне ухудшения финансовых результатов. В 2025 году совокупная прибыль бизнеса с учетом убытков снизилась примерно на 3,9%. Кредитование при этом оказалось затруднено из‑за высокой ключевой ставки Центробанка. Аналитики обращают внимание, что при текущем уровне ставки многим проектам невозможно обеспечить доходность, сопоставимую с банковскими депозитами: с финансовой точки зрения зачастую выгоднее разместить свободные средства в банке, а не инвестировать в развитие.
Одновременно государство уже не может наращивать расходы прежними темпами. Дефицит федерального бюджета по итогам первых трех месяцев 2026 года превысил планку, заложенную на весь год, что ограничивает возможности по дальнейшему стимулированию инвестиций за счет казенных средств.
Последствия спада вложений для экономики
На первый взгляд сокращение инвестиций на 2,3% за год не выглядит катастрофичным. Но если посмотреть на ситуацию по секторам, становится видно, что давление на гражданскую часть экономики растет.
Военно‑промышленный комплекс продолжает ускоренно наращивать вложения: в инвестиционных товарах значительную долю занимает военная техника. В категории «прочие транспортные средства и оборудование», куда она относится, рост инвестиций в 2025 году, по данным статистики, приблизился к 60%.
В гражданских же отраслях картина иная: во многих секторах вложения стагнируют или заметно падают. Инвестиции в инфраструктуру обрушились примерно на 29%. Крупные компании с государственным участием также сворачивают программы развития: ожидается, что капитальные расходы железнодорожного монополиста в 2026 году будут примерно на 20% ниже, чем в 2025‑м, а инвестиции газовой отрасли сократятся более чем на 30%.
Экономисты отмечают формирование двухконтурной структуры экономики. Те компании, которые выигрывают от роста военных расходов и получают госзаказы, продолжают развиваться, тогда как бизнес, не связанный с оборонной промышленностью и не имеющий прямой поддержки бюджета, сталкивается с ухудшением условий и постепенным ослаблением позиций.
При этом без масштабных инвестиций устойчивый экономический рост невозможен. Среди ключевых ограничений для России эксперты называют дефицит рабочей силы. Сократить это структурное давление можно лишь за счет повышения производительности — через активное внедрение современного оборудования, новых технологий и программного обеспечения. Снижение инвестиций в основной капитал делает решение этой задачи гораздо более трудным.
